У Турции в этом году серьезный успех. Эмин Элпер получил особый приз жюри за «Спасение» —напряженный триллер о вражде в соседних деревнях, а «Жёлтые письма» Илькера Чатака стали триумфатором конкурса и обладателем главного приза «Золотого Медведя».
О том, что это за кино, кто его снял мы рассказывали в другой статье, здесь же хочется осмыслить и отрецензировать опыт, полученный при просмотре.
«Жёлтые письма» — лента политическая и оценивать её без схожих концептуальных взглядов на мир может быть не верно. Поэтому, автор, хоть и не европеец, но попытается посмотреть на эту ленту, как представитель Западной Европы.
У ленты нет яркого визуального языка, но есть определенный приём, который подкупает. Из-за невозможности снимать в Турции, Берлин играет роль Анкары, а Стамбул переезжает в Гамбург. Автократия может случиться везде и в этом весь ужас и саспенс «Жёлтых писем», который работает.
Нарратив строится вокруг семьи, преследуемых за социальные посты против президента во время попытки государственного переворота в 2016 году. Азиз лишается работы в университете, его пьесу снимают в театре, а его жена Дерья изгнана из театра. Пара с их ребенком-подростком решает переехать в Стамбул на время, пока все не затихнет. Понятное дело, подростка такие тревоги побуждают к внутреннему бунтарству и революции, приведшие к небольшому коллапсу ближе к концу ленты. Канва «Жёлтых писем» может вызвать сострадание и понимание. Действительно, ситуация мягко говоря не простая, но вызывает вопросы к рамке сюжетной логике.
Берлинале-2026. «Спасение» — рецензия на фильм Эмина Элпера из основного конкурса
Илькер Чатак пытается таким образом показать, как давление государства на людей может разрушить семью. Действительно, весь фильм мы наблюдаем медленный распад отношений Азиза и Дерьи, но совсем не ясно, почему это происходит. Дерья утаивает от мужа, что выбирает работу на гостелеканале и из-за этого в странных ситуациях начинает врать ему, что кажется сюжетно неоправданным. Действительно ли в этом виновата политика или все таки тяжелая ситуация, куда попала семья являлась триггером для развода и так хрупких взаимоотношений. Если это так, тогда причем здесь политика? А если кино про давление власти, то зачем такой акцент на отношениях?
Создатели «Жёлтых писем» как будто не до конца понимают, в каком направлении они хотят двигать картину и получается невнятное высказывание наполовину. Это точно не большой политический перформанс и не глубокая проработанная драма о семье.
Есть у «Жёлтых писем» и такие ходы: когда главный герой заходит в здание университета, на фасаде можно увидеть надпись «Помоги нам, Боже» — примерно так это переводится с немецкого. А в здании суда он оказывается под табличкой с формулой «Во имя народа».
Все это должно подчеркнуть для зрителя нечестность и несправедливость происходящего, но сами приемы выглядят настолько прямолинейными, банальными и наивными, что местами могут вызывать скорее недоумение, чем подлинное эмоциональное напряжение.
Бесплатные музыкальные курсы от Флэтлуупс
Вопросы возникают не только к смыслам, но еще и к темпу, с которым картина движется к финалу. Иногда своебразное синкопирование ритма ленты отводит взгляд с экрана на телефон, чтобы посмотреть оставшееся время, чего уж точно не должно происходить во время просмотра политического триллера.
Будет несправедливым не написать о преимуществах этой ленты. В «Жёлтых письмах» хорошие актерские партии Озгю Намаль и Тансу Бичера: в большинстве своем из-за них фильм можно и досмотреть. Неплохим ходом стал своеобразный саундтрек, который подсвечивает напряжение картины.
В конечном итоге, «Жёлтые письма» — картина, застрявшая где-то посередине между политическим высказыванием и семейной драмой. Из-за этого логика повествования оказывается размыта и внутренне невнятна.
Да и на уровне художественного языка и изобразительных приемов это кино выглядит довольно посредственно. Разумеется, это субъективная оценка главного редактора журнала «Флэтлуупс. Культура». Поэтому, по большому счету, кроме определения «так себе» здесь ничего и не подберешь.
Оценка фильма: 2/5 (ниже среднего).
P.S. Необязательное послесловие
В моем необязательном послесловии я должен оговориться, что буду, конечно, в первую очередь говорить о себе. Точнее, буду говорить от себя. Это мое личное мнение, которое может никак не совпадать с мнением других редакторов журнала. Но сказать об этом, наверное, стоит, потому что я посетил фестиваль и заметил какие-то моменты, которые, возможно, позволили «Жёлтым письмам» выиграть главный приз.
Безусловно, фестиваль мощнейший. Здесь представлены картины со всего мира, и в нашей статье о лучших фильмах фестиваля можно найти огромное количество работ, которые были бы достойны главной награды. Подборка и селекция конкурса — абсолютный топ. Все очень продумано и сделано на высоком уровне. И действительно, Берлинский кинофестиваль — это большой праздник кино, где каждый может найти что-то для себя.
Я не обязан соглашаться с главным решением жюри, но при этом невозможно не отметить определенные моменты. Как мы уже писали в нашей обзорной статье, в начале фестиваля Вим Вендерс объявил этот киносмотр фестивалем без политики. Позже он столкнулся с большим давлением, и в итоге победил один из самых политически настроенных фильмов конкурса. Возможно, это было художественное решение. У меня нет доказательств, что Вим Вендерс принял его под давлением. Но итог получился именно таким.
При этом, исключительно по моему мнению, с художественной точки зрения это кино вряд ли может войти даже в десятку лучших фильмов фестиваля. И поэтому решение выглядит странным.
Западная политическая школа часто делит мир на три формы государственного устройства: автократия, диктатура и демократия. Если в стране нет демократии, значит, она автоматически попадает в одну из двух других категорий. Такой выбор предлагается другим обществам. И в целом в этом не было бы ничего удивительного, если бы не ощущение избирательности.
Я не хочу обесценивать судьбу героев «Жёлтых писем» и их страдания. Это действительно сложная и тяжелая история. Пережить подобное никому нельзя пожелать. Но парадокс заключается в том, что в то же время в Берлине состоялась премьера нового фильма Кевина Спейси, который был полностью оправдан по уголовным обвинениям. При этом его карьера оказалась разрушена так же, как карьеры героев фильма. Однако ни фильма о нем, ни дискуссии о невинно обвиненном человеке мы не увидели. Да и премьеру его новой картины ведущие критики практически не освещали.
Создается ощущение, что современный мир готов видеть тяжелые истории в политических режимах, которые ему не нравятся, но не всегда готов замечать проблемы внутри собственных систем. Именно из-за этого решение о награждении «Жёлтых писем» вызывает вопросы.
И, наверное, для меня как человека культуры, воспитанного в уважении к старшим и придерживающегося скорее центристских ценностей, было трудно наблюдать, как во время премьер в параллельных программах люди выходили в футболках с оскорбительными надписями в адрес Вима Вендерса.
В этом и заключается парадокс фестиваля. С одной стороны, это большой праздник, который учит любить кино и открывает новые горизонты кинематографа. С другой стороны, социальное и политическое давление современности, кажется, не позволяет в полной мере отделить художественное решение от внешнего контекста при выборе главного победителя.
Берлинале-2026. «Нина Роза» — рецензия на фильм из основного конкурса фестиваля
